“Убийца струн” – история однорукого пианиста Пауля Виттгенштайна

Пауль Виттгенштайн

Пауль Виттгенштайн родился 5 ноября 1887 года в Вене в семье принявших христианство австрийских евреев. Его отец Карл был владельцем крупных сталелитейных предприятий, поэтому Виттгенштайны жили очень богато. В их доме то и дело появлялись гости из европейского высшего света и творческой элиты, а дети имели возможность получать самое лучшее и очень разностороннее образование. Одним из главных увлечений всех членов семьи являлась музыка. Мать Пауля была достаточно одаренной пианисткой, а его троюродный дядя Йозеф Йоахим – известным скрипачом и композитором, так что Виттгенштайны много времени посвящали музицированию, и одних только концертных роялей в их особняке имелось семь штук. На домашние концерты для узкого круга друзей и родственников приходили и исполняли свои произведения Йоханнес Брамс, Густав Малер, Арнольд Шенберг и Рихард Штраусс. И неудивительно, что слушая игру столь великих пианистов юный Пауль и сам решил стать пианистом.

Родители очень серьезно отнеслись к желанию сына и нашли для него высококлассных учителей. Один из них, Теодор Лешетицки, ранее был профессором Санкт-Петербургской консерватории, а затем преподавал в Вене. Вторым педагогом стала Мальвина Бре – ассистентка профессора Лешетицки. Что же касается музыкальной теории, то ее Пауль изучал под наставничеством Йозефа Лабора – знаменитого слепого композитора и органиста. Юный Виттгенштайн очень быстро прогрессировал, как пианист, но на первых порах не стремился демонстрировать свое мастерство перед широкой публикой. Причина была в том, что отец – человек очень деспотичный и не любивший возражений – считал, что основной профессией сына должно все же стать дело более “солидное” и прибыльное, чем концертная деятельность. Поэтому довольно долгое время Пауль работал банковским служащим, и только после смерти Карла в 1913 году решился показать миру свое умение. Первое же выступление имело успех и собрало очень благожелательные отзывы музыкальных критиков. Казалось, перед Паулем открываются большие перспективы, но начало Великой войны нарушило все его планы.

Профессор Теодор Лешетицки — преподаватель, учивший Пауля Виттгенштайна игре на фортепиано

 

Хотя у семьи Виттгенштайн имелись и огромное богатство, и влияние, ни Пауль, ни его брат Людвиг (ставший в дальнейшем очень известным философом) не помышляли о том, чтобы как-то избегнуть военной службы на передовой. В августе 1914 года музыкант отправился на Восточный фронт и принял участие в боях против российских войск в районе Львова, однако же офицерская карьера оказалась недолгой. В ходе одного из сражений вражеская пуля раздробила правую руку Пауля возле локтя, после чего Виттгенштайн потерял сознание и был взят в плен солдатами противника, выбившими австрийцев с занимаемых позиций. Врачи в полевом госпитале сочли ранение слишком тяжелым для того, чтобы пытаться спасти конечность, и поэтому прибегли к ампутации. Когда уже стало ясно, что жизни австрийца ничто не угрожает, он был отправлен в лагерь для военнопленных в Омск. Поначалу из-за потери руки Пауля охватила сильнейшая депрессия, однако спустя некоторое время он преодолел это состояние и решил вернуться к исполнению музыки даже несмотря на увечье. Еще находясь в Омске Виттгенштайн отправил Йозефу Лабору письмо с просьбой написать несколько произведений, которые можно было бы исполнять одной рукой. А осенью 1915 года пришло долгожданное освобождение – поскольку после ампутации Пауль уже не мог сражаться на фронте, российская военно-медицинская комиссия приняла решение репатриировать его на родину по программе обмена военнопленными. Так что Рождество музыкант встретил уже в Вене в кругу своей семьи.

Знаменитый философ Людвиг Виттгенштайн — младший брат Пауля

 

Первое время однорукий пианист посвятил отработке и доведению до совершенства навыков игры левой рукой, а также подборке репертуара. Будучи наследником многомиллионного состояния, он мог не ограничивать себя в средствах и предлагал очень известным композиторам такие заказы, от выполнения которых те просто не смогли бы отказаться из-за щедрости вознаграждения. Конечно, у Виттгенштайна уже имелось несколько произведений Йозефа Лабора, адаптированных для исполнения одной рукой. Кроме того, в 20-е годы по одной вещи ему написали Рихард Штраусс и Пауль Хиндемитт. Но огромное честолюбие и боязнь остаться неизвестным в мире музыки требовали чего-то большего, действительно грандиозного. Поэтому в 1929 году Виттгенштайн обратился сразу к двум великим композиторам – Морису Равелю и Сергею Прокофьеву. Оба дали свое согласие, причем Равель ради исполнения предложенного заказа даже прервал работу над героической ораторией о Жанне д’Арк, которую потом так никогда и не завершил. Спустя два года произведения были готовы. Прокофьев представил Концерт №4 для фортепиано с оркестром си-бемоль мажор, а Равель – Концерт №2 для фортепиано с оркестром ре мажор. Первую работу Пауль отверг (хотя и заплатил за нее всю оговоренную сумму) по причине чрезмерной “авангардности”, причем в таких резких словах, что это послужило причиной ссоры между ним и Прокофьевым. Вообще, Виттгенштайн постоянно ссорился с теми композиторами, которые работали для него, в силу своего очень сложного характера. Так, Пауль мог внести в партитуру серьезные изменения без ведома автора, потребовать для себя исключительных прав на произведение и его исполнение, постоянно проявлял недовольство даже самыми талантливо написанными вещами. С Равелем у него тоже вышел конфликт из-за правки, сделанной без согласия Мориса, но именно Концерт №2 принес Виттгенштайну мировую славу. Премьера состоялась в Вене в ноябре 1931 года, и на этом выступлении Пауль и Морис сыграли вместе. Публика была в полном восторге. Трагичное, несмотря на мажорную тональность, и даже во многом монументальное произведение изначально писалось в расчете на виртуоза, так что слушатели получили возможность в полной мере оценить высочайшую исполнительскую технику Виттгенштайна. Что же касается творения Прокофьева, оно тоже не кануло в Лету. В 1956 году, уже после смерти композитора, его впервые исполнил для публики в Западном Берлине другой однорукий пианист, немец Зигфрид Рапп.

Морис Равель — композитор, благодаря которому Пауль Виттгенштайн обрел мировую славу

 

С 1932 года в жизни Пауля начался новый период. Он часто гастролировал за рубежом, в том числе выступая в США и Канаде, а кроме того, занялся преподавательской деятельностью. О том, как именно работал музыкант, очень выразительно рассказала одна из его учениц, Эрна Оттен:

Я не раз видела, как он работает культей правой руки всегда, когда мы обдумывали аппликатуру для новой пьесы. Виттгенштайн часто говорил мне, что я должна доверять его выбору, потому что он чувствует каждый палец своей несуществующей правой руки. Временами мне приходилось буквально заставлять себя спокойно сидеть рядом с ним, когда он закрывал глаза, а его культя начинала судорожно дергаться. Это происходило много лет спустя после того, как он потерял руку. И всегда его выбор расстановки пальцев оказывался наилучшим!
Пауль Виттгенштайн дает концерт в США

 

Впрочем, Пауля то и дело посещали сомнения, подогреваемые братом Людвигом. Тот утверждал, что многие ходят на концерты вовсе не для того, чтобы насладиться музыкой Равеля или Штраусса, а чтобы посмотреть на однорукого пианиста, как на диковинку. В этих словах была доля истины, что сильно задевало старшего брата. Кроме того, Людвигу не нравилась сама манера игры Пауля, который исполнял все произведения громко и энергично, ставя порой на одну клавишу два, а то и три пальца, за что получил прозвище “Убийца струн”. В итоге братья нередко конфликтовали, и старший Виттгенштайн не мог даже спокойно сесть за рояль, когда младший находился с ним в одном доме.

Пауль Виттгенштайн

 

В 1938 году Австрия вошла в состав Третьего Рейха, и Пауль задумался об эмиграции. Физически ему ничто не угрожало – репутация в мире искусства и фронтовое прошлое были тому надежной гарантией. Но поскольку музыкант имел еврейское происхождение, он мог получить запрет на публичные выступления. Поэтому в том же году Виттгенштайн уехал в США, где получил гражданство и провел всю оставшуюся жизнь. Он продолжал преподавать в музыкальных учебных заведениях, выступал с концертами, а в 1958 году Филадельфийская музыкальная академия присвоила ему звание Доктора музыки. Этот замечательный исполнитель не только играл произведения, написанные для него под заказ, но и делал собственные аранжировки различных классических вещей. Пауль не являлся первым одноруким пианистом (до него был великий Геза Зичи) и даже не был единственным в своем роде в ту эпоху. Но именно он с помощью собственной популярности и славы вернул на большую музыкальную сцену фортепианные произведения классиков, написанные для левой руки. А изданная им в 1957 году трехтомная книга “Школа для левой руки” стала поистине выдающейся работой, включавшей множество упражнений, изучение которых и по сей день позволяет молодым пианистам поднимать свое исполнительское мастерство на действительно высокий уровень.